×
БЕСПЛАТНАЯ КОНСУЛЬТАЦИЯ ЮРИСТА
Главная - Другое - Суд для крестьян

Суд для крестьян

Суд для крестьян

Помещичий суд в XVIII и XIX вв.


Восемнадцатый век превратил владение крестьянами, как связанное с землевладением, в привилегию дворянства и уничтожил всякое различие между отдельными группами лиц, живущих в помещичьих вотчинах (холопами и крестьянами). В то же время он ничего не сделал для ограничения или хотя бы выяснения пределов судебной власти дворян-помещиков.

В самом начале века владельческий суд и расправу можно наблюдать, как развитый, вполне сложившийся и признанный государством институт. В этом смысле и ссылается на вотчинный суд помещиков инструкция губернаторам 1728 года. С развитием крепостной неволи крестьян расширяется и полицейская, и судебная власть помещиков.

С развитием крепостной неволи крестьян расширяется и полицейская, и судебная власть помещиков. Здесь закон только осзящал практику, давая мало новых норм, а практику, по выражению Ключевского, паутиной ткал помещик, как податной сборщик и опекун крестьянского хозяйства. Указ 1736 года укрепил судебно-полицейскую власть помещика, предоставив ему право наказания крепостных за побег.

Указ 1760 года установил право помещика ссылать крепостных в Сибирь на поселение, причем сосланные засчитывались в счет причитающихся с помещика рекрутов654. Наконец, указ 1765 года (Екатерины II) позволил помещикам ссылать крепостных даже в каторжную работу «за продерзостное состояние».

И, как говорит Ключевский,

«гнездясь в своей усадьбе со своими судебно-полицейскими полномочиями, среди бесконтрольной практики вла-сти, помещик привык видеть ро владеемом поместье свою государственную территорию, а в его населении своих подданных, как и учили его называть крестьян правительственные акты»

. Батоги, кнут и плети широко применяются помещичьим судом и в XVIII в.

*. Лишь во второй его половине получил распространение более мягкий вид телесного наказания — розги. Розги считались настолько мягкими по сравнению с плетьми наказанием, что одно из «помещичьих уложений» XVIII в.

приравнивает один удар плетью к двумстам ударам розог. Проект кодификационной комиссии 1754 года постановил, что

«дворянство имеет над людьми и крестьянами своими и над имением их полную власть без изъятия, кроме отнятия живота и наказания кнутом и произведения над оными пыток»

. Очевидно, комиссия имела в виду, что практика применения вышеуказанных телесных наказаний зачастую приводила к смерти наказываемого.

Но проект не стал законом, и по одному, дошедшему до Сената в 1762 году делу, Сенат признал, что «в законе нет наказания за этот род смертоубийства». И хотя вопрос об установлении определенного наказания поднимался несколько раз, но так и оставался нерешенным.

В некоторых, особо вопиющих случаях, которые не удавалось «затушить», помещики подвергались разнообразным наказаниям от ссылки до церковного покаяния.

Но чаще кончалось «преданием дела воле Божьей». По словам первого русского революционера Радищева, помещик был

«законодатель, судья, исполнитель своего решения и, по желанию своему, истец, против которого ответчик ничего сказать не может»

. В этих кратких словах подведен точный итог помещичье-крестьянских отношений к концу XVIII в.

Оставаясь в кругу официальных -источников, мы можем утверждать, что помещичья юстиция и в XIX в. расточала те же «мучения», на которые жаловались крестьяне XVI в.

Так, указ Николая I 20 марта 1826 года предписывал истребить во всех помещичьих усадьбах железные вещи, употреблявшиеся для истязания крепостных. Его же рескрипт в сентябре этого года, говоря вообще о злоупотреблениях помещичьей власти, упоминает, между прочим, и о «непомерных наказаниях» крестьян.

Отнятое в начале XIX в. право помещиков ссылать своих крепостных в Сибирь >на поселение было в 1822 году им возвращено, и дворяне пользовались им довольно широко.

Даже Свод законов в первом своем издании (1832 г.) не установил точно границ судебной власти помещиков. Им предоставлялось право употреблять домашние средства наказания и исправления по своему усмотрению, лишь бы только не было увечья и опасности для жизеи. Второе издание Свода законов (1842 г.) точнее определило это право.

Помещики могли производить расправу только по преступлениям, не влекущим лишения прав состояния, и только в делах крепостных между собой, с помещиком и его семьей. По преступлениям, направленным против посторонних лиц, помещик мог чинить расправу только по желанию потерпевшего.

В распоряжении помещика были оставлены следующие наказания: сечение розгами — до 40 ударов, палками — до 15, арест в сельской тюрьме — до двух месяцев, а за более важные проступки — заточение в рабочем или смирительном доме до трех месяцев и заключение в исправительных арестантских ротах гражданского ведомства до шести месяцев. Вместе с тем сохранено было за помещиками право сдачи крепостных за проступки в рекруты и право удаления из имения навсегда посредством отдачи в распоряжение губернского правления. И еще Уложение о наказаниях 1845 года рассматривало неповиновение крестьян или дворовых людей помещику как восстание против властей, правительством установленных 655.

Но, очевидно, помещикам всего этого было мало. В 1846 году разрешено было дворянам устраивать у себя в имениях тюрьмы для заключения в них провинившихся крестьян на срок до трех месяцев с правами заковывать их в кандалы. А насколько мало ограничительные законы стесняли помещиков, можно судить по циркуляру министра внутренних дел 1845 года, предписывавшему властям наблюдать повсеместно за тем, чтобы помещики, пользуясь предоставленным им правом употреблять домашние средства для исправления крепостных своих людей, отнюдь не дозволяли себе наказывать их до увечья.

Но вплоть до самого «освобождения» крестьян правительство постоянно подчеркивало полицейские функции помещиков в отношении крестьян. «Вы моя полиция, каждый из вас мой управляющий», — говорил Николай I депутатам петербургского дворянства в 1848 году.

Да и после «освобождения» правительство продолжало смотреть на помещика, как на лицо, призванное к несению государственных прав над населением. Этот взгляд с новой силой проявился в конце 80-х годов при создании института земских начальников. | Источник: — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —

Судебная реформа Екатерины 2 (1775 года)

Судебная реформа Екатерины 2 была проведена в 1775 году как продолжение Губернской реформы, для систематизации судов всех уровней в губерниях и уездах.

В дальнейшем реформа была дополнена полицейской (1782) и коллегиальной (1784-1786) реформами.

Главная характеристика судебной реформы — суд впервые получил независимость от административных органов, а также был четко структурирован для каждого сословия отдельно. Екатерина 2 взошла на престол в 1762 году и практически сразу обозначила одну из важнейших задач — изменить систему судов, которая сильно устарела, и не соответствовала требованиям реальности.1769 году.

Екатерина 2 взошла на престол в 1762 году и практически сразу обозначила одну из важнейших задач — изменить систему судов, которая сильно устарела, и не соответствовала требованиям реальности.1769 году. Это время работы Уложенной комиссии, которая подготовила закон «О судебных местах». Реформа не была проведена из-за русско-турецкой войны 1768-1774 годов.

Только после окончания войны правительство вновь вернулось к реформе.

Судебная реформа Екатерины 2 была проведена в ноябре 1775 года как часть Указа

«Об учреждениях для управления всероссийской империей»

. Изначально этот Указ создавал в стране новую административную структуру, и устанавливал органы управления для них. Судебная система России после 1775 года может быть представлена схематически.

Прежде всего, судебная система строилась по классовому признаку — для каждой социальной группы своя форма суда.

Причем очень показательными являются названия этих судов:

  1. Для горожан — магистрат.
  2. Для крестьян — расправа.
  3. Для дворян — суд.

Таблица: Судебная система России по реформе 1775 года Для дворян Для горожан Для крестьян В губернии Верхний земский суд Губернский магистрат Верхняя расправа В уезде Нижний земский (уездный) суд Уездный магистрат Нижняя расправа На всех уровнях создавались 2 департамента: первый рассматривал уголовные, а второй — гражданские дела. В городах, где судили городских жителей (купцов и мещан), магистрат был выборным органом. Сами горожане выбирали его состав.

После выборов этот состав утверждался Губернатором. Крестьянский суд предполагал суды над государственными крестьянами.

Крепостные крестьяне судились напрямую помещиком, который ими владел.

Судьи для таких судов назначались.Уездные суды строились по схожему принципу. Исключение только Нижний земский суд, который избирался сами дворянами уезда сроком на 3 года. Суды губернского уровня выступали одновременно инстанциями 1 и 2 группы, то есть могли не только рассматривать уголовные и гражданские дела, но и выступать в роли апелляционного органа.Суды уездного уровня выступали инстанцией 1 уровня, то есть рассматривали только дела по существу.

Судебная реформа 1775 года была попыткой наладить справедливые суды, но эта реформа не смогла решить 2-ух серьезных проблем:

  1. Отделение судебной власти от исполнительной. В учебниках часто пишут, что это было достигнуто, но это не так. Во-первых, все губернские суды назначались и утверждались Правительством. Во-вторых, губернатор имел личное право отменить любой приговор, а все приговоры о смертной казни требовали его согласия.
  2. Абсолютизм предполагал наличие общегражданских судов, но создать в 18 веке в России всесословные суды у Екатерины 2 не получилось. В результате суды были отдельными для дворян, для горожан и для крестьян. Как итог — главная цель преобразований не была выполнена.

Сама по себе идея бессословного суда в России 1775 года была абсурдной. Ведь в стране существовало крепостное право и большая часть населения была крепостными.

Кроме того, Губернская реформа предполагала опору власти на дворянство. Дворяне становились полноправной элитой на местах. Поэтому закрепляя эту элиту, власть не могла допустить равных судов над дворянами и крестьянами.

Как итог — в России укрепился сословный суд, который был очень далек от правосудия, особенно на уровне крестьян. Как итог — классовая система укоренилась все сильнее.

Судебная реформа 1775 года стала первым этапом изменения правового поля Российской Империи. В дальнейшем эта реформа была дополнена:

  1. В 1782 году — полицейской реформой. Создавалась Управа благочиния, осуществлявшая полицейские функции. В Управу входил полицмейстер, городничий и обер-комендант. Город делился на кварталы. За каждым закреплялся квартальный надзиратель.
  2. В 1784-1786 года — коллегиальной реформой. Она ликвидировала Коллегии, связанные с финансами. Причина в том, что Губернская реформа передавала эти функции в руки местных органов власти, а финансовые Коллегии дублировали их. Было сохранено только 4 Коллегии: юстиц, военная, иностранная и адмиралтейская. Одновременно были значительно расширены функции Сената.

Сельские суды

До введения Общего положения о крестьянах от 19 февраля 1861 г.

российское сельское население формально не имело общего сословного суда.

На практике основным органом для разрешения конфликтных ситуаций в деревне по-прежнему выступали общинные суды. Члены комиссии по преобразованию волостных судов пришли к выводу, что

«начало обычая крестьян судиться своим домашним судом так же старо, как стар сам русский народ»

.

И. Г. Оршанский утверждал, что коллективное разбирательство дел при участии всех членов общины

«русский народ считал лучшей формой самоуправления и 772 самосуда»

. По мнению С. В. Пахмана, народные суды существовали исстари, без каких — либо указаний закона557.

В пореформенный период в русской деревне продолжала функционировать система неформального сельского суда. Она была представлена сельским сходом, судом стариков, семейным судом, судом сельского старосты, судом соседей и самосудом. Их решения основывались исключительно на обычном праве.

Рекомендуем прочесть:  Взятка 6 миллионов срок

Весь быт крестьянского населения, установившийся, сложившийся исторически, объяснял стремление отдельных крестьян подчиниться суду своих односельчан, часто не имеющему ничего общего с формальным судом, писаным законом, но вполне удовлетворяющему совести и экономическим понятиям сельского обывателя.

М. И. Зарудный в своем исследовании отмечал, что крестьянин во всех своих сомнениях и спорах обращался к миру, оберегающему хозяйственные интересы каждого общинника для собственной пользы. «Как мир 774 решит, — говорил крестьянин, — я миру не противник»558. По информации из Елатомского уезда Тамбовской губернии, в конце XIX в.

По информации из Елатомского уезда Тамбовской губернии, в конце XIX в. «оскорбление, потравы, лесные порубки и т.п. мелкие споры об имуществе на сельских сходах разбирают сплошь и рядом.

Не подчиняются этому суду только самые упорные и при исключительных обстоятельствах»559. Традиции патриархальной семьи наряду с родственными связями, которые объединяли иной раз до половины деревни, обусловили существование семейных судов или судов родственников.

Они рассматривали исключительно проступки, совершенные членами семейства как в домашнем обиходе, так и вне его. Семейный суд вершил домохозяин, в случае необходимости прибегая к совету мужчин-домочадцев.

Как правило, семейный суд был скорым, и если он кого-то из родных признавал виновным, то наказание осуществлялось незамедлительно. Случалось, что провинившийся член семьи пытался найти защиту у общественных судов. Но те в большинстве случаев занимали сторону большака и 776 утверждали его решение . По мере развития крестьянского индивидуализма происходило все более заметное отторжение старых обычных норм в сфере семейных отношений.

По мере развития крестьянского индивидуализма происходило все более заметное отторжение старых обычных норм в сфере семейных отношений. В начале ХХ в. отчетливо обозначилось недовольство прежними патриархальными порядками и стремление к их законодательному пересмотру.

Так, в одном из крестьянских ходатайств предлагалось «постановить статью в законе, чтобы отец не обижал родных детей своевольно и своебы- линно по его усмотрению, кому дать больше, а кому меньше.

Прежний закон опирался на 777 родителей — как отец хочет, так и творит!»560. Одной из форм общинного суда в русских селах был суд стариков.

В нем участвовали наиболее опытные люди в деревне, прекрасно знавшие обычаи и традиции, обычноправовые нормы. Они, как правило, избирались в определенном числе для разрешения различных конфликтов или приглашались сельским старостой для рассмотрения дел крестьян-общинников в индивидуальном порядке.

По данным К. Ф. Чепурного, он был распространен в русской деревне практически повсеместно, из 82 волостей его деятельность не была зафиксирована лишь в 3561. Общественный суд выбирали тогда, когда всем сходом сразу нельзя решить дело, нередко он предшествовал сходу.

Суд состоял их 4-х крестьян с хорошей репутацией, не моложе 45-50 лет, и старосты.

Задача суда состояла в том, чтобы не допустить по возможности односельчан с жалобой друг на друга к начальству, рассудить спор своими силами, внутри общины. Суд стариков решал спорные случаи семейных разделов, драки, потравы, оскорбления, нарушения запрета работы в праздничные дни. При необходимости суд выносил и наказания.

Так, в Тамбовской губернии суд стариков в Кулеватовской волости приговаривал виновных крестьян к аресту на короткий срок, в Перкинской, Отъясовской, *-* 779 Питерской волостях — к небольшому штрафу562.

Наиболее часто к суду стариков прибегали для разбора дел об обидах и оскорблениях. Крестьяне считали, что в делах такого рода старики — более беспристрастные судьи на том основании, что ввиду близости смерти они не хотели брать греха на душу. Свою роль играло традиционное для деревни уважение к старшим по возрасту.

Старики признавались более подходящими судьями, потому что от них не обидно было выслушивать выговор и даже брань563.

Приверженность крестьян неформальному сельскому суду, и в частности суду стариков, Н. В. Калачов объяснял их близостью крестьянским интересам: «Стоит послушать, особенно на сельских сходах, в которых подчас и доныне решаются стариками тяжебные дела, хозяйственные споры и общественные распорядки, их полные практического смысла доводы.

Это ясное понимание своих и общественных нужд, эти трезвые суждения, не поддающиеся ни житейской неприязни к подсудимым, ни страху перед сильными людьми, ни презрению к беспомощным и слабым, — все это невольно располагает в пользу этих негра»-* 781 мотных, но крайне рассудительных стариков» .

Сами крестьяне необходимость суда стариков объясняли так:

«Если бы все прямо в суде судиться, в волость ходить, то очень часто надо было бы бывать там, потому в крестьянском хозяйстве нельзя, чтобы каждодневно 782 мелких дел возникало; поэтому неужели из-за каждой малости в суде судиться?»

.

Таким образом, суд патриархов в русской деревне основывался на обычаях, носителями которых выступали сельские старожилы. Богатый жизненный опыт в сочетании со знанием сути рассматриваемых дел позволял суду стариков успешно разрешать конфликтные ситуации, возникавшие в сельской повседневности.

Высшим должностным лицом в сельском обществе являлся староста.

Он избирался на сельском сходе. Его функции были весьма разнообразны. Староста созывал и распускал сельский сход, председательствовал на нем, приводил в исполнение мирской приговор, наблюдал за исправным содержанием мостов, дорог, соблюдением правил строительного и пожарного уставов, контролировал сбор податей и порядок отбывания повинностей, принимал необходимые меры для охранения благочестия.

Староста должен был иметь огромный опыт и быть приверженным кодексу моральных устоев: строгое поведение в быту, в семье, уважение к старшим, добросовестное отношение к работе. В его обязанности входило безусловное исполнение требований местной полиции, судебных следователей, распоряжений земского начальника и всех установлений властей.
В его обязанности входило безусловное исполнение требований местной полиции, судебных следователей, распоряжений земского начальника и всех установлений властей. Он мог подвергать наказанию в виде общественных работ до 20 дней, штрафу в пользу мирских сумм до 1 руб.

или аресту до 2-х суток, и он этой властью при необходимости пользовался564. Однако эти действия старосты могли быть обжалованы в 7-дневный срок через мирового посредника.

В сельской повседневности часто возникали конфликтные ситуации, и старосте практически ежедневно приходилось вмешиваться в споры для их полюбовного решения.

Так, в Изосимовской волости Тамбовской губернии крестьяне говорили:

«жалобы приносятся, прежде всего, старосте, который старается смирить тяжущихся»

565.

Таким образом, в глазах крестьян староста выступал представителем неформального сельского судопроизводства.

Крестьяне Покровской волости той же губернии заявляли, что когда в какой драке или ссоре обращались к старосте, то он склонял стороны к миролюбию. Суд старосты но- 785 сил характер примирительного разбирательства . В то же время при необходимости охраны общественного спокойствия староста не останавливался перед применением жестких мер по отношению к нарушителям порядка.

Одной из простых форм общинного суда являлся суд старосты.

В обыденных спорах, а порой и ссорах крестьяне в целях установления правоты охотно обращались к старосте, чтобы тот их «урезонил и примирил». 566 Исследователь обычного гражданского права России С.

В. Пахман отметил:

«Обыкновенно сельские старосты разбирают и решают дела маловажные: брань, драку и т.п., а для дел более важных собирают какой-либо другой, принятый в данной местности обычаем суд, или же тяжущиеся обращаются прямо в во- «-»

787 «-* лостной суд»567. Разбирательство у старост было обусловлено тем, что в большей части волостей жалобы, обращаемые в волостной суд, подавались через старосту, который поль- 788 зовался этим, чтобы до рассмотрения дела в волостном суде привести стороны к миру . Староста не судил единолично, а для разбора дел приглашал стариков или добросовестных односельчан.

Обращение местных жителей к суду старосты было обусловлено и тем, что тот мог действовать по закону, применяя к виновным наказание. Так, к старосте деревни Саловка Валуйского уезда Воронежской губернии 15 марта 1881 г.

обратился Иван Малов, который просил разобраться с его братом Федором. Они с братом разделили имущество, а надел остался общим.

Но Федор захватил весь участок и начал его пахать.

Староста воспретил это, однако Федор продолжал распашку, за что и был аресто- 789 «-* ван на сутки568. Наказания староста употреблял как крайнюю меру, а в большинстве случаев он стремился примирить односельчан, чтобы восстановить между ними добрые отношения и не доводить дело до суда.

Сельский сход как традиционная форма крестьянского самоуправления обладал и судебными функциями.

Главным субъектом обычного права в деревне была признана община (сельское общество). Последняя получила следующие права: внутридеревенского распоряжения землей, принадлежащей крестьянам на правах собственности; контроля за целостностью межевых знаков на крестьянских землях; увольнения из своей среды порочных членов и др. Сохранение и законодательное закрепление коллективной общинной собственности на землю ограничивало право крестьян быть полновластными участниками гражданских правоотношений.

Правоспособность крестьян была существенно ограничена и в других отраслях права.

По сведениям знатока обычного права Е.

И. Якушкина, сход для разбирательства судебных дел мог быть полным, состоящим из всех домохозяев, или малым, на который созывались только некоторые. Такие сходы по составу были различны: состоящие из нескольких стариков, приглашаемых для разбора дел старостой, домохозяев, избранных в волостные судьи, или выборных на волостной сход569.

Разбирательства судебных дел волостными сходами отмечены в Самарской, Владимирской и Саратовской губерниях . При решении вопросов наследования крестьянского имущества, как и при рассмотрении ряда других имущественных дел (например, опеки, раздела имущества между братьями, выдела одного из членов семьи и др.), согласно ст.

21, 38, сельские обыватели могли применять нормы обычного права. Ст. 107 устанавливала приоритет местных обычаев над 792 законами при производстве и решении дел волостными судами . Сельские сходы часто разбирали взаимные несогласия супругов, буйство в семье, пре»-* 793 любодеяния и иного рода семейные дела .

Е. Якушкин отмечал, что разлучение супругов по приговору сходов встречалось довольно часто. Развод совершался большей частью по обоюдному согласию супругов, но иногда и по требованию одного из них570.

Гражданский развод в селе санкционировался негласно общиной и общественным мнением. По наблюдениям Ф. Костина из Орловского уезда: «В нашей местности разводы бывают при вмешательстве сельского схода и народного суда.

При таких разводах вторично жениться супругам, конечно, нельзя, но они имеют полное право, по народному мнению, жить раздельно, не притесняя один другого. Когда желают разойтись и просят об этом общество, то должны указать причины.

Когда есть дети, то их оставляют с отцом, будь они девочка или мальчик. Но если мать пожелает взять с собой девочку, то это ей позволяется.

Если муж и жена разводятся, не имея детей, то ей разрешается взять свое имущество и приданое.

Если разводятся супруги, имея детей, то жене не все выдается, а часть холстов, детских рубашек оставляется. После развода муж не обязан выдавать жене ни месячины, ни других пособий, и она должна жить, как хочет. Когда после развода у крестьян от любовниц рождаются дети, то они были обязаны кормить их до совершеннолетия, и если девочка, то выдать замуж, если мальчик, определить его куда-то в зятья или в усыновление.

Но большей частью таких детей определяют в воспитательные дома или подкидывают»571. Сельская община выступала хранительницей нравственных устоев деревни, осуществляя подчас жесткий контроль над поведением своих членов. Выполнение неписаных норм сельского общежития достигалось, прежде всего, силой общественного мнения, а, в случае необходимости, и теми многообразными санкциями, которые мир применял к нарушителям.

Замкнутость сельского сообщества и «прозрачность» внутридеревенских отношений практически не оставляли возможности скрыть тот или иной неблаговидный проступок. Безупречная репутация имела для крестьянина большое значение.

Она служила основой авторитета и уважения со стороны односельчан, являлась надежной гарантией при совершении имущественных сделок, придавала значимость высказываниям на сельском сходе. И напротив, крестьян, снискавших себе дурную репутацию, сторонились, избегали иметь с ними деловые отношения, старались не вступать с ними в брак, духовное родство. Часто их изводили насмешками, обидными прозвищами, а при случае попрекали за прошлые грехи.

Такой сельский бойкот порой был страшнее розог волостного суда.

Крестьянский мир проявлял заботу о духовном развитии и нравственном облике односельчан.

На сельском сходе принимали решения о строительстве церквей и содержании причта, об открытии школ для обучения сельских детей, разбирали случаи безнравственного поведения местных жителей и т.п.

Так, на волостном сходе Садовской волости Бобровского уезда Воронежской губернии 9 декабря 1889 г.

было принято решение, которое обязывало сельских выборных лиц следить за тем, чтобы

«лица моложе 17 лет не допускать в трактиры и пивные»

.

Далее в мирском приговоре указывалось на то, что

«пьяных малолеток сельская полиция и старосты должны были забирать в сельскую управу, освобождать их по вытрезвлению не иначе, как по просьбе родителей и опекунов»

. Суд сельского схода по закону являлся судом для рассмотрения дел о семейных разделах, земельных спорах и разделе наследства. Наряду с этим он осуществлял и неофициальную функцию, выступая для однообщественников последней инстанцией для решения большинства незначительных дел.

К сельскому сходу обращались также, если решения суда стариков, сельского старосты не удовлетворили тяжущиеся стороны, т.е. он неформально выполнял функции апелляционного органа.

Приговор сельского схода носил для крестьян характер окончательного решения, которое, как правило, не обжаловалось. Обращение крестьян к суду своих односельчан для разрешения возникающих жизненных коллизий — яркое свидетельство доверия коллективному разуму схода.

Вверяя решение тяжбы общинному суду, селяне, прежде всего, надеялись на справедливое (основанное на обычае) и быстрое (без излишних формальностей) решение вопроса.

Суд сельского схода, как это было в Тамбовской губернии, имел характер примирительного разбирательства. Это делалось с целью не доводить до волостных судов мелких дел, и тем самым освободить тяжущиеся стороны от излишней траты времени для явки на волостной суд, когда они от места его нахождения живут более или менее отдаленно, верст за 20 или 25, 797 u ^ в другом селении . По сведениям из Валуйского уезда Воронежской губернии, если сход разбирал случай мелкой кражи, побоев или какой-либо другой обиды, и виновный был уличен, то он должен был просить прощение у стариков и особенно у обиженного.

После этого 798 на виновного накладывался штраф572. В селах Казанской губернии крестьяне во всех делах обращались сперва к старосте, который мирил тяжущихся, а в случае неуспеха созывался сельский сход, сход всегда мирил, а иногда и решал дело573.

По мнению жителей Бугуруслан- ского уезда Самарской губернии,

«все дела больше согласием кончаются: подерутся мужики, или из-за земли какая ссора выйдет, или наследством согласиться не могут, сейчас на сход идут и говорят: «у нас так и так — разберите нас»

. Сход и склоняет их к миру»574. При определении меры ответственности за содеянное «мир» учитывал не только тяжесть проступка, но и личность виновного.

Сельский сход обращал внимание на хозяйственную состоятельность, семейное положение, репутацию преступника, одним словом, «судили по человеку». Правовед И. Г. Оршанский замечал, что «для народного суда личность обвиняемого имеет первенствующее значение как члена мира, как соседа, домохозяина и плательщика налогов. Все это имеет значение в выносимом решении.

О личности выносят суждение на основе всестороннего знакомства «мира» с каждым членом, что возможно только в условиях крестьянского быта»575. Такая «прозрачность» сельских отношений позволяла не только выяснить мотивы совершенного преступления и определить степень его социальной опасности, но и вынести справедливый приговор с учетом всех смягчающих вину обстоятельств.

В деятельности крестьянских судей смешивались судебные и административные функции.

Они активно участвовали в предварительном расследовании, выступали хранителями фискальных интересов общества. Главная задача сельского суда, по мнению П.

Скробогатого, состояла в соблюдении общинной справедливости — уравнении прав и выгод обоих тяжущихся576. Исстари сельский «мир» самым решительным образом избавлялся от криминального элемента в своей среде.

Нередко за особо тяжкие преступления ссылали в Сибирь. Так, по данным 1860 г., из Казанской губернии было сослано в Сибирь по приговорам сельских обществ государственных крестьян — 46 человек, из удельных — 5; 13 человек по решению 803 крестьянских сходов отдали в рекруты «за дурное поведение» .

Закон предоставлял общине право удаления человека из крестьянской среды за антиобщественное поведение. Так, сельский сход с. Старая Дегтянка Козловского уезда Тамбовской губернии 23 июня 1891 г.

приговорил изгнать из общества Лариона Нестерова за 804 дурное поведение, которое выразилось в кражах и пьянстве .

Нередко эти меры носили и профилактический характер. Крестьяне применяли их по отношению к тем, кто, по их мнению, был не чист на руку.

Исследователь С. В. Кузнецов приводит пример составления приговора в отношении крестьян, подозреваемых в краже хлеба из амбара.

Большинством голосов они, как вредные люди, были удалены из общества577. Своим приговором общество с. Атманов Угол Моршанского уезда Тамбовской губернии от 10 августа 1891 г.

удалило из жительства сразу 5 жителей села.

Три брата Черниковых были замечены в краже барана, пилы, овса. Василий Пивоваров и Вукол Неверов украли колеса, муку, пшено.

Самое главное, что все пятеро подозревались в угоне 20 лошадей, пропавших еще осенью. И хотя вина крестьян доказана не была, мир посчитал, что оснований для данного решения достаточно .

В 1908 г. крестьяне с. Гладышево Тамбовского уезда постановили на сельском сходе выселить из села крестьянина Романова за порочное поведение. До этого уже были выселены три человека.

Приговор был утвержден более чем двумя третями голосовавших и передан мировому посреднику578.

Сеславинский волостной суд Усман- ского уезда Тамбовской губернии постановил: «На основании 233 и 396 ст. Устава сельского судопроизводства, крестьян С. Ф. Шанина и Н. С. Тульских, не исправившихся предпринимаемыми над ними местным начальством законными мерами, и как суду известно, что они кроме объясненных проступков несколько раз были замечены в других подобных поступках, за которые не были судимы и наказаны, предоставив обществу поступить с ними на основании означенных выше статей, т.е.

не признает ли оно полезным и нужным удалить их из своего общества с ссылкой в Сибирь на поселение»579. Сельские общества достаточно активно пользовались правом удаления из общины односельчан, совершивших преступление. В 1895 г. по суду на поселение в Сибирь было сослано 2713 человек, а по приговорам сельских обществ — 5 3 9 8580.

Примечательно, что число сосланных в Сибирь без суда было вдвое больше, чем отправленных на поселение по судебным решениям. Крестьяне шли на эту крайнюю меру, несмотря на то, что затраты по высылке ложились на само сельское общество581.

Обычай утверждения завещания на сельском сходе был обусловлен традициями и особенностями крестьянского быта.

Свобода завещания у крестьян была ограничена, завещать имущество кому-то, помимо законных наследников, было нельзя. По справедливому суждению современника, сельское общество являлось контролирующим органом, который наблюдал за соблюдением обычных правил о наследстве в завещательных распоряжениях своих членов; круговая порука делала такое вмешательство необходимым . Если говорить о наказаниях, налагаемых сельскими сходами, то одним из наиболее распространенных следует признать розги.

Саратовские крестьяне на сей счет свидетельствовали, что розгами весьма часто наказывают на сельском сходе за маловажные про- 812 ступки, чтобы «поучить» виноватого, не доводя дело до волостного суда . Не менее распространенной формой наказания на сходе было угощение водкой, налагаемое обществом на своих членов за неисполнение ими обязанностей в отношении к обществу.

Так, в Озерецкой волости Московской губернии, если крестьянин не городил свою изгородь или не выходил на работу для исправления натуральных повинностей, то сельский сход, в виде наказания, приговаривал его поставить известное количество водки, которая затем и распивалась всем обществом582. Водка также использовалась при заключении мировых сделок, заключенных на сельском сходе. Магарыч выступал средством склонить противника к миру, вознаграждением судей за их участие в разбирательстве дела 814 и как наказание провинившимся .

Важную роль играла водка при приведении в исполнение решения сельского схода.

Автор корреспонденции из с. Овстуга Брянского уезда Курской губернии (1898 г. ) сообщал, что

«если магарыч поставлен, приговор приводится в исполнение сразу, иначе 815 дело будет вестись до тех пор, пока крестьянин не угостит мир»

.

Угощение сельского схода вином осуществлялось и при других правовых решениях: установлении опеки, усыновлении, избрании на должность583. Вино являлось непременным атрибутом сельского правосудия. И эта традиция отличалась единообразием в различных частях сельской России.

На Вологодчине по местному обычаю крестьянин, уличенный в преступлении, независимо от наказания выставлял общине водку, 817 „ которую распивали всем миром . В казачьих станицах Дона «виновный большею частью сам покупал обществу водку и все, что требовали; если же он не делал этого добровольно, то общество само брало в его счет.

Для этого оно снимало с виновного платье или брало другое какое имущество и закладывало кабатчику или продавало тут же с аукциона желающим из присутствующих. Это называлось ободрать виноватого.

Подобное обдирание бывало нередко и без всякого суда»584. В деревнях Рыльского уезда Курской губернии (1895 г.) за мелкие преступления, преимущественно кражи, суд стариков приговаривал виновного к штрафу в раз- 819 мере четверти или половины ведра водки .

Писарь составлял мировую о том, что такие-то в присутствии старосты помирились и обязаны друг на друга суду не жаловаться. Староста 820 свидетельствовал документ своей подписью.

Вино распивалось участниками примирения . Для виновного заключение мировой сделки было выгодно, на магарыч он тратил 1-2 руб., а в волостном суде сумма штрафа могла бы составить 5-10 руб.585 Водка играла роль отступного в деревенских спорах и конфликтах. Правый или потерпевший назначал виноватому то количество вина, за которое он соглашался помириться.

«Ставь вино, а то хуже будет, суду пожалуюсь». Обычно сходились на 1/4 или 1/2 ведра586. По сообщению из Нижегородской губернии (1899 г.): «при заключении частных мировых сделок «магарычи» покупает виновная сторона потерпевшей с тем, чтобы покончить дело миром и не доводить его до судебного разбирательства»587.

В источниках встречаются упоминания о том, что виновный в совершении какого-либо преступного деяния, чтобы не быть выданным в руки властей, угощал сельский сход водкой. Принимая угощение водкой, мир давал прощение за совершенное правонарушение. Аналогичным образом откупались должностные лица при обнаружении растраты ими общественных сумм .

Кроме упомянутых судов, в русских селах также встречался суд волостного схода.

Деятельность таких судов была отмечена исследователями во Владимирской, Самарской, Саратовской и других губерниях. В делах, касающихся договоров между сельскими обществами разных волостей, устраивали окрестные суды, двухволостные.

Например, крестьяне Соболевской волости Юрьевского уезда Костромской губернии, имея дело с крестьянами другой волости, устроили двухволостной суд, на котором было представлено по трое судей, выбранных от этих сел, которые совместно и решили спорное дело588. К концу XIX века общинные суды являлись неотъемлемой частью правовой реальности русского села. Комиссия по преобразованию местного самоуправления, руководимая М.

С. Кохановым, даже пришла к выводу

«о необходимости предания законной силы сель- 826 ским судам, выдержавшим испытание временем»

.

Однако нельзя не согласиться с мнением знатока обычного права А. Леонтьева о том, что общинные суды хотя и сильны своей 827 стариной, но перестали в полной мере удовлетворять потребности крестьян в правосудии589.

Модернизационные процессы ломали сословную замкнутость крестьянства, формировали новые социально-экономические отношения в селе.